Эпизод 100

В гостях у подкаста «Упражнения в прекрасном» — «Дурацкий театр». Такое название придумали своему тандему режиссёр Екатерина Половцева и актёр Владимир Зомерфельд. Самая недавняя их работа — спектакль «Горло бредит бритвою» по стихам, прозе и дневникам Даниила Хармса. На наш взгляд, это редкий случай осмысленной, небанальной, даже трогательной интерпретации наследия ОБЭРИУ. Мы решили расспросить Екатерину и Владимира об их погружении в поэтику Хармса и — шире — в психологию художника.

Второй роман Михаила Булгакова, как известно, имеет два заглавия: «Записки покойника» и «Театральный роман». Чего в этой книге больше – любви к театру или ненависти к нему, восторга или желчи? В двух московских театрах, судя по названия спектаклей, выбор давно сделан: в «Мастерской Петра Фоменко» вот уже 15 лет дают «Театральный роман», в «Студии театрального искусства» – 12 лет играют «Записки покойника». За наш круглый стол мы пригласили актёров, занятых в этих спектаклях-долгожителях: Галину Тюнину, Сергея Качанова и Кирилла Пирогова (последний – ещё и соавтор постановки). От стана литературоведов выступает писатель и ректор Литературного института им. А.М. Горького Алексей Варламов.

Юрий Соломин сравнивал Малый театр с большим кораблём, который уверенно идёт своим ходом в любую погоду. Вот уже два года на капитанском мостике новый человек – Алексей Дубровский. С одной стороны, он абсолютной свой человек, с другой – он прошёл вполне самостоятельный путь в искусстве, на первый взгляд, довольно далёкий от традиций Малого театра. Так видится со стороны. А что думает об этом сам Алексей Дубровский? Как справляется с невероятным объёмом ответственности? Наконец главное – куда он ведёт корабль? Каким должен быть Малый театр в XXI веке?

Готовя наш булгаковский номер, мы не могли не обратиться к Борису Любимову  — президенту ВТУ им. М. С. Щепкина, профессору, театральному критику. Просто этот человек впервые прочёл «Мастера и Маргариту» в 1960-е — причём ещё до официальной публикации, из рук Елены Сергеевны Булгаковой. Скажем больше: в её квартире. Какой была эта первая встреча? Что произвело наибольшее впечатление? Чем этот текст отличался от всей остальной доступной литературы? Как этот роман повлиял на молодых советских читателей, многие из которых именно от Булгакова впервые узнали о Понтии Пилате? Какой виделась фигура его автора и что в ней вдохновляло? В наши дни, когда «Мастер и Маргарита» — часть обязательной школьной программы, услышать такое свидетельство бесценно.

Актриса 2, Племянница, Двойник Дульсинеи, Монахиня, Каторжница, Похоронщик, Дуэнья — все эти шесть ролей играет молодая актриса Влада Сухорукова в недавней премьере МХТ им. А.П.Чехова «Дон Кихот». Спектакль, как всегда у Николая Рощина, сложносочинённый. Вот мы и пришли к Владе – не за разгадкой, конечно, но хотя бы узнать, как эта конструкция выглядит изнутри и как в ней живётся актрисе. Пользуясь случаем, поговорили и о других работах нашей героини.

Повод к этому разговору дал спектакль «Какой может быть поэзия», выпущенный санкт-петербургским «Театральным проектом 27» в рамках цикла «Театр + школа» (играют его, впрочем, не в Петербурге, а в Москве). Спектакль начинается как лекция об истории русской поэзии, но постепенно к монологу педагога подключаются слушатели, и занятие выходит из-под контроля. За лектора — Егор Зайцев, поэт, драматург, педагог и соавтор спектакля. С ним, а также с режиссёром спектакля, Анной Потебня, мы решили обсудить эту постановку.