Выбраться из дня сурка

Планируя новые постановки, театры вынуждены постоянно балансировать: не хочется отставать от жизни, но нужно избежать «острых углов» и соответствовать зрительским запросам. Как ни крути, бюджет любого стационарного театра зависит от самостоятельно заработанных средств, а публика в последние годы охотнее идёт на знакомые, проверенные названия. Советская драматургия стала сейчас театральной палочкой-выручалочкой: знакома зрителям и затронутые в ней проблемы часто перекликаются с современностью. Спектакль «Таня» Севастопольского академического русского драматического театра им. А. В. Луначарского соответствует всем этим критериям.

История главной героини, Тани Рябининой, основана на убеждении советских времён: работа занимает самое важное место в жизни человека. Только работая и строя карьеру, становишься полноценной личностью и заслуживаешь уважение. Считалось, что для женщины это не менее важно, чем для мужчины. Но героиня пьесы «Таня» поступила иначе. Студентка-медик, она впервые влюбилась, бросила институт и растворилась в любви и семейной жизни. Чертит проекты любимого мужа, инженера Германа, называя их «нашими», перестаёт общаться с друзьями, не хочет работать или учиться. За это жестоко расплачивается. Герман влюбляется в состоявшуюся женщину, недавно награждённую орденом Ленина, — директора золотого прииска Шаманову. Таня уходит, зная, что беременна, через год переживает смерть ребёнка. Во второй части она начинает жизнь с чистого листа: восстанавливается в институте и с дипломом врача едет работать в Сибирь. Там спасает ребёнка Германа и Шамановой и обретает новую любовь, как и положено сильной, состоявшейся женщине. 

Впоследствии Арбузов отрёкся от этих идей, в пьесе «Победительница» (её рабочее название — «Таня-82») доказав их ложность и вред. Героиня «Победительницы» Майя Алейникова, третий по значимости сотрудник научного института, сосредоточила в своих руках все административные дела, славится «чисто мужской хваткой», сделала успешную карьеру. Ради этого она пожертвовала первой любовью, позже сделала аборт, предпочтя материнству участие в институтских интригах, и к сорока годам поняла, что её жизнь лишена смысла. «Что ты хотела доказать? <…> что твой женский ум почти не уступает нынче мужскому разуму? И в делах административных нет тебе равных? Какое великое достижение — наконец-то перестать быть женщиной!» — говорит Майе её бывший возлюбленный Марк. История о взаимоотношениях, где молодая женщина эмоционально зависит от своего партнёра, стремится как бы раствориться в его жизни, теряя себя, затронутая Арбузовым в «Тане», сейчас опять стала актуальной и горячей (подтверждая постулат о том, что история развивается по спирали). Психологи всё чаще пишут о необходимости сохранять в отношениях личные границы, осознавать собственную неповторимость и приоритеты, цельность своей личности. Эти темы возникают в спектакле Севастопольского театра. 

Известно, что ряд пьес стоит ставить только в том случае, если есть актёр на главную роль, — например, «Гамлет», «Ричард III» и «Король Лир». «Таня» входит в их число. Зрители не должны сомневаться в искренности героини ни в первой части, когда эта фантазёрка чуть не заблудилась в Сокольниках, вообразив, что это сказочный лес, ни во второй, когда Таня уже стала сильной и независимой. Эту роль исполняли многие великие актрисы: Мария Бабанова, Алиса Фрейндлих, Ольга Яковлева в телефильме Анатолия Эфроса. Подходящая актриса в Севастопольском театре есть и играет Таню. 

Режиссёр-постановщик Иван Миневцев не стал переносить действие пьесы Арбузова в некое условное безвременье, как часто поступают в сценических воплощениях этой пьесы. Художник-постановщик Катя Никитина создала интерьер московской квартиры 1930-х годов. Сцена поделена на две части деревянной решётчатой стеной-рамой с широкими проёмами. Ближе к зрителю — комната в квартире Тани и Германа с мебелью в стиле того времени, клеткой с вороном. А позади тёмное пространство, из которого приходит Таня с лыжной прогулки, потом Шаманова, в глубине периодически мелькают ещё какие-то тени. Худенькая домработница Дуся (Александра Шабалина), на вид типичная рабфаковка, в дни Первомая выносит на сцену бумажных голубей мира, как было принято в то время.

Таня (Виктория Мулюкина) тоже напоминает женщин 1930-х годов. С лыжами в руках в начале спектакля, она выглядит типичной физкультурницей: фитнеса и шейпинга и в помине не было, для поддержания формы катались на коньках, играли в волейбол, занимались другими видами спорта. Яркая, энергичная, с длинными кудрями, рассыпавшимися по плечам, спортивных шароварах 1930-х, Таня уверена, что её жизненное предназначение — любить мужа, делать всё для него, и счастлива от переполняющих её чувств. Героиня верит, что так будет через год, через пять лет и всегда. Тане не сидится на месте, будто внутри неё работает какой-то вечный двигатель. Чтобы порадовать Германа (Пётр Котров), она танцует, тормошит его, разыгрывает домашние представления. В спектакле Таня слегка эгоистична и зациклена на себе. Например, увеличивает громкость весёлой бодрящей мелодии, транслирующейся по радио, хотя Герман дважды приглушал его звук. И не замечает, что муж подустал от её неуёмной энергии и театрализации жизни: сбегает к друзьям от семейного похода в театр (ему хотелось в цирк, но Таня решила идти в оперу). Он уже увлечён Марией Шамановой (Мария Кондратенко).

Расстановка сил в спектакле выглядит так: симпатичный, интеллигентный, но ничем не выдающийся мужчина — и две сильные женщины. Герман считает, что о жене ему всё известно. Шаманова, в отличие от неё, держится с достоинством, посвящает свою жизнь работе, не пытается ни в ком «раствориться». Между Германом и ею сразу же возникает какая-то «химия», хотя в пьесе для этого потребовался год. Вдруг задумываешься: зачем Шамановой приезжать к Герману домой обсуждать его драгу? Эта установка может и не пройти испытаний, до её монтажа на прииске тоже далеко. После неудачного любовного объяснения с Марией Герман близок к истерике. Он в отчаянии падает ничком на диван, не обращая внимания на жену, будто она исчезла или это какое-то домашнее животное. Таня стала свидетельницей этого объяснения, но, по замыслу драматурга, зрители не видят её лица: героиня надела маску. В спектакле Севастопольского театра актриса играет уверенность Тани, что счастье мужа важнее её собственного. Герман не понимает, что жена уходит навсегда, даже увидев, как она собирает внушительного размера чемодан. И напоследок просит купить ему сигарет.  

Родив ребёнка, Таня снимает комнату у бедной старухи, чертит проекты для заработка, коротко стрижётся. Внутренний «вечный двигатель» заглох, исчез озорной блеск в глазах, она выглядит усталой и измученной. Она по-прежнему любит Германа, мысленно принадлежит ему, цепляется за прошлое и мечтает, что отомстит. Болезнь и смерть сына Юры (так хотел назвать ребёнка Герман) превращают мелодраму в трагедию. Таня до последнего не верит, что её сын умрёт. Узнав, что всё кончено, она застывает в центре сцены, а сверху сыплется серый снег, больше похожий на пепел.    

Проходит четыре года, и наступает 1938 год, о котором Таня мечтала в начале пьесы. Она окончила мединститут и работает разъездным врачом на приисках в глухом золотопромышленном районе Сибири. Теперь Таня выглядит и ведёт себя иначе. Волосы небрежно собраны в хвост: некогда думать о причёске, она ездит к больным по бездорожью, невзирая на дождь и снег. Она смотрит на других людей пристально и внимательно, будто взглядом может поставить диагноз. Движется нерезко, явно экономя силы. Заметно, что героиня уверена в себе и у неё появились новые, свои собственные приоритеты. Правда, её желания связаны только с работой: она до изнеможения ездит на вызовы и лечит больных, заглушая внутреннюю боль. Виктория Мулюкина играет перемены, случившиеся с героиней, искренне и очень органично. У Тани снова появился внутренний огонёк, по поступкам и реакциям порой узнаешь её прежнюю. Одним словом, живой пример для девушек, которые не обрели личного счастья, но могут найти себя в работе. Второе действие пьесы в спектакле ощутимо сократили, убрав лишние идеологические подробности — к примеру, то, что Таня сначала испугалась идти к больному ребёнку 30 километров на лыжах, зная, что скоро начнётся буран. А потом, вдохновлённая радиорепортажем с парада на Красной площади, схватила лыжи и пошла. 

Таня у Арбузова не только состоялась как профессионал. Вылечив сына Германа (не зная об этом, героиня шла лечить ребёнка сквозь пургу), она обрела новую любовь. Благородный и мужественный Алексей Игнатов, управляющий золотопромышленным районом (Илья Синькевич), наконец, рассказал ей о своих чувствах. Но режиссёр Иван Миневцев и художник Катя Никитина устроили героине ещё одно испытание. Они обратили внимание на фразу арбузовской пьесы, которую постановщики обычно пропускают. В доме Шамановой и Германа на прииске «Роза» Таня говорит: «Эта комната очень похожа на ту, в которой я жила у Дуси… И кроватка стоит так же…» В этом спектакле сценография в доме Шамановой точно такая же, как в картине первого действия, когда Таня снимает комнату и её ребенок серьёзно болен. Стена-рама опять опущена и отгораживает переднюю часть сцены от общего пространства, в левом углу старая железная кровать, рядом — деревянная детская кроватка. Героиня баюкает больного младенца, завёрнутого в похожее белое одеяльце. Она оказывается здесь в положении Фриды из «Мастера и Маргариты», которой постоянно подавали платок, или героя какого-нибудь фантастического фильма, где всегда проживают день сурка. Комната та же, больного ребёнка, как и её умершего сына, зовут Юрочка, можно предположить, что дети похожи — ведь у них один отец, и она должна его вылечить. Но морок заканчивается: Таня спасает младенца и понимает, что её с Германом больше ничего не связывает. Считается, что одним из прообразов героини Арбузова стала пушкинская Татьяна, тоже расставшаяся с Евгением Онегиным. Деревянная стена поднимается, и Таня, снова оказавшись на просторе, радостно бросается в объятия Игнатова.