На ходу сочиняю миры
«Москва. Полный круг» – вторая в этом сезоне премьера Павла Пархоменко, на этот раз поставленная в театре Моссовета на сцене «Под крышей». Спектакль сделан по мотивам пьесы Александра Архипова «Полный круг» и на основе документальных историй жителей столицы, собранных режиссёром и актёрами в технике вербатим. В интервью Павел Пархоменко говорит, что давно хотел составить театральный портрет людей Москвы, так что пьеса Александра Архипова, которая очень кстати пришла в последние дни приёма заявок на организованный театром конкурс «Московские истории», стала удачным поводом для развития нового проекта.
Рассказы, сплетни, слухи, сказки, мифы — неотъемлемая часть каждой отдельной человеческой судьбы. Любой из нас в какой-то мере — сумма накопленных историй, пересекающихся и сплетающихся с сотней сюжетов о близких и далёких людях. Человек может переписать свою повесть, дописать и полностью изменить её, откликнувшись на зов судьбы. Как, например, случилось с Йозефом Бойсом, немецким художником-постмодернистом, служившим лётчиком в Люфтваффе. Его, сбитого в Крыму советскими асами, от смерти спасли крымские татары, обнаружив в снегу, когда немецкие спасательные команды уже остановили поиски. Увлечение культурой коренных народов и шаманизмом в будущем стало основой концепции творчества художника. История звучит невероятно (и была многажды отвергнута биографами), но от этого не менее занимательно. Ведь личный миф гораздо интереснее правды.
Что если нашу историю выдумают за нас? Этим и занимается главный герой спектакля «Москва. Полный круг» Николай (Дмитрий Подадаев). Николай — фантазёр и мечтатель, сочиняющий повести о пассажирах, с которыми каждый пересекается в метро. Его выдумки имеют реальную основу: повествование собрано из фрагментов жизней, задокументированных командой Павла Пархоменко.
В спектакле идут две параллельные линии. Первая — линия главного героя-выдумщика, который каждый день спускается в метро, чтобы наматывать круги по кольцевой линии в надежде снова увидеть девушку, в которую влюбился с первого взгляда. Вторая — линия его случайных попутчиков, пассажиров, которых он встречает от станции к станции. В некотором роде, звучащие в спектакле истории — это отдельные детали пазла, которые, сложившись, могут намекнуть на контуры рисунка, который составляет разношёрстное московское общество. Первая линия, несмотря на повороты судьбы, неудачи и долгое ожидание, кончается хорошо: герой встретит свою девушку. Вторая, включающая в себя множество сюжетов, в целом, окрашена в минорные тона, хотя не лишена юмора и надежды. Её герои — будь то бывший следователь, боксёр с журфака, бабушки-челночницы, престарелый водолаз, который не смог вытащить из омута героиновой зависимости своего сына, эскортница, мечтающая о лучшей школе для своего ребёнка, ветеран второй чеченской войны, работница ЗАГСа, которая лучше всего разбирается в чужой любви, — рассказывают о жестокости окружающих, о быте людей с особенностями развития, о людской боли от невосполнимых потерь, о жизни и смерти, о любви, творчестве и о спасении.
ссылки
Текст
Советская Россия в «12 стульях»
Мария Молчанова об энциклопедии 1920-х в романе Ильфа
и Петрова: статья в журнале «Дилетант».



